Описание С. Броневским (1763 – 1830) потомков алан . Часть II

Из книги “Новейшие географические и исторические известия о Кавказе, собранные и пополненные Семеном Броневским”, Часть Вторая. Москва. 1823.

Под каждым блоком информации указана страница, откуда она взята.

“IV. ЧЕЧЕНЦЫ или ШЕШЕНЫ.

Чеченцы, называемые также от соседственных народов Мычкизами, граничат к Северу с селениями Гребенских Казаков, отделяемыми Тереком; к Западу с Брагунским владением, с Малой Кабардой, с Ингушами и Карабулаками; К Полудни с снежным хребтом гор; к Востоку с Андийским и Аварским владениями, входящими в Лезгистан, и с Аксаевскими Кумыками, от коих отделяются рекой Аксаем. Земли их по Тереку, заключенные устьями Сунжи и Северо-восточном изгибом Аксая, верст на тридцать расстояния, расширяются к высоким горам на Полдень, имея крайними пределами на Восток вершины Аксая и на Запад вершины реки Фартама. Левый берег Аксая не весь принадлежит Чеченцам; нижняя часть сей реки, паралельно с Тереком текущая, находится во владении Аксаевских Кумыков. Начиная от средних и нижних частей правого берега Сунжи, заселенных Чеченскими деревнями, следующие Сунженские реки протекают через их земли: Фартам или Мартан отделяет их от Карабулаков; Русский Фартам, Аргун или Быстрая, также речки: Озерная, Сосновка, Мякишева, Белая и другие меньшие, находятся внутри Чеченских владений. Понизовье Сунжи и Аргуни покрыто густым лесом, между коим с изобилием растет буковое дерево. Земли Чеченские гористы и пересекаемы множеством горных протоков и водороин, образующих глубокие ложбины и тесные проходы, которые служат Чеченцам вместо крепостей для охранения от внешнего неприятеля.
Между Кистинскими наречиями, Чеченский диалект наиболее разнствует от коренного языка; а нравы сего колена отличают его от всех Кавказских народов злобой, хищностью и свирепым бесстрашием в разбоях, составляющих главное ремесло Чеченцев. По сей причине соседство их с Российскими границами почиталось весьма беспокойным, так что сношений с ними других не бывает, кроме воинских, или временной и притворной их покорности, которая при первом удобном случае опять превращается в необузданную наглость”

стр. 171-173

“<…> Так как Чеченцы беспрестанно переходя в Российские границы, производят воровство и разбои, то признано за нужное от времени до времени наводить на них страх, заставляя их помышлять о собственных жилищах. (*) Однако Чеченцы, перестроивши плетневые свои деревни в несколько недель, опять принимаются за то же ремесло, не щадя ни Христан, ни Мусульман, и убивая купцов и проезжих, если кого не могут захватить в плен”

В примечании к этому тексту С. Броневский пишет:

“(*) никогда они не имели случая помышлять о собственной своей безопасности, как теперь, после страха, наведенного на них Генералом Ермоловым”

стр. 174-175


“Чеченцев разделить можно по приличию, 1) на Мирных, 2) Независимых, и 3) Горных Чеченцев (ичары мыкчиз).

1. Мирные Чеченцы, то есть покоренные оружием и дающие аманатов, живут по правому берегу Сунжи в 24 деревнях, из коих главнейшие, почитаемые за сборные места, суть:
Новый Чечен, большая деревня в 40 верстах от устья Сунжи, при ручье, впадающем в правый берег сей реки; за оною деревни одна за другой выше на Сунже Гаджи-Аул, Янгеинт, Джанти, Чабрило, Шабет.

К сим же мирным Чеченцам причислить должно шесть деревень, расположенных в плодородных долинах, расстоянием от правого берега Терека в 13, 15, 18 и 20 верстах, начиная с дальнейшей: Каш-Гелды, Курчи-Ааул, Науруз Аул, Нуим-берди, Ойсунгур, Истесу (горячая вода) или горячей. Сия последняя известна теплицами Св. Марии, при оной находящимися, и заключает в себе более 400 дворов. Вышеупомянутые Чеченские деревни под Татарским названием Алты-Качалык, то есть, шесть деревень. выведены с давних лет Аксаевскими владельцами и поселены на теперешних местах, входящих в Аксаевское владение на известных уговорах. Хотя они и доселе почитаемые за подвластных Аксаевским Князьям, но мало по малу Качалыки, пользуясь послаблением сих владельцев, из послушания вышли и никаких податей не платят.

Мирные Чеченцы, вообще живущие на Сунже и на Тереке, имея в своем владении плодороднейшие земли пахатные и сенокосные, при изобилии вод и лесов, упражняются с успехом в земледелии и скотоводстве; имеют виноградные сады, сеют пшеницу, ячмень, кукурузу и всякие огородные овощи; более держат овец, нежели рогатого скота. Избытки сих произведений продают в Кизляр или ссужают оными своих единоплеменников, которые привыкли находить тут свои хлебные запасы; да и земли, остающиеся в излишестве, отдают в распашку неприязненным Чеченцам, принимая их в свое общество, под именем мирных Чеченцев, чем избавляют их от явного голода, не редко им угрожающего.

2. Независимые или неприязненные Чеченцы живут, начиная от подошвы Черных гор на полдень. в самые горы до высого шиферного хребта, по рекам, впадающим в Аксай и в Сунжу, в особенности по реке Аргуне или Быстрой. Главные деревни их:

Большой Чечен на Аргуне, в 40 верстах от соединения сей реки с Сунжей.

Гаджи-Аул, пониже на Аргуне, почти смежно с первой. Обе знатные деревни, заключащие до 500 дворов каждая, и имеющие в ведомстве своем многие приписные или союзные деревни, по разделению сих обществ.

От Большого Чечена вверх по той же реке следуют одна другой выше деревни:
Большая-Атага, (Докон Атага) и приписная к оной Закурова Атага.
Малая Атага (Шарей Атага) и приписная к оной: Гендергеной, Бенаул-Узек и Мартан.
Деревни Большая и Малая Атага с их обществами покорились в 1807 году.
За оными все в верх по Аргуну:
Чабрило.
Джанти.
Шабет.

Гихи, большая деревня, на речке Гихи, впадающей в Сунжинскую реку Русский Фартам с левой стороны. К оной принадлежат пять деревень. Сие общество равномерно покорилось в 1807 году.

Алла, на речке Гое, впадающей в Сунжу.

3. В число сих независимых Чеченцев находятся отделения, называемые собственно Горными Чеченцами (Ичары Мычкиз). Известнейшие их общества суть следующие:
Нешхай, Кагутхай, Мелей, на Аргуне одна другой выше и первое выше Шабета.
Нашехи, в самых вершинах Фартама.
Кулга или Дганти в высоких горах у снежного хребта, и другие крайние на восток селения Горных Чеченцев прилегают к Лезгинскому вольному обществу Анди, в 25 верстах от деревни сего имени; а на Полдень к Тумаш или Тушинцам, живущим на полуденном скате высокого хребта.
Всех деревень, принадлежащих Независимым и Горным Чеченцам, числится до 50. Они-то славнейшие в Кавказе разбойники”.

175-179

С. Броневский пишет о том, каким образом чеченцы уходили за Терек, брали в плен русских людей и возвращались обратно в Чечню. На часть пленных они налагали выкуп, часть продавали в Эндери, часть оставляли у себя в качестве пастухов. Последние не редко женились на чеченках и оставались там жить навсегда.

стр. 179-181

“Общие замечания.
Таково главнейшее упражнение Чеченцев, обнаруживающее зверский их образ жизни в высшей степени. Мирные Чеченцы, не смея то же делать явным образом, помогают своим соседям, покрывая их разбои; и хотя с некоторого времени не могут они хвалиться удачей, по осторожности воинской стражи, более всего со стороны Гребенских Казаков, совершенно испытанных в Чеченских уловках, однако не отстают от ремесла предков своих, как будто вместо наследства им оставленного. Чеченцы не имеют своих Князей, коих они в разные времена истребили, а призывают таковых из соседственных владений, из Дагестана и Лезгистана, в особенности от колена Аварского Хана; но сии Князья малой пользуются доверенностью и уважением. Со времени проповедника Шейх-Мансура Чеченцы все вообще приняли Мусульманский закон, или утвердились в оном; управляются они выборными Старшинами, духовными законами и древними обычаями. Дружба (куначество) и гостеприимство соблюдаются между ними строго по Горским правилам, и даже с большей против почих народов разборчивостью: гостя в своем доме, или кунака в дороге, пока жив хозяин, не даст в обиду. Из ружья стреляют метко, имеют исправное оружие и сражаются большей частью пешие. В сражении защищаются с отчаянной храбростью, которую можно назвать ожесточением: ибо никогда не отдаются в плен, хотя бы один оставался против двадцати; и буде кому случится нечаянно быть схваченым, ткаая оплошность причитается семейству его в поношение. <…>
В образе жизни, воспитания и внутреннего управления Чеченцы поступают как следует отчаянным разбойникам. Но взяв сию разбойничью республику в политическом ее составе и в соотношении с соседями, по примеру других подобных же в Кавказе республик, только в степенях злодейств от Чеченцев отличных, должно бы ожидать, что для собственной безопасности они будут стараться о сохранении с какой либо стороны дружественных связей и доброго соседства. Напротив того Чеченцы отличаются от всех Кавказских народов оплошным непредвидением, ведущим их к явной гибели. Все соседи их Кабардинцы, Ингуши, Аксаевцы, Дагестанцы и Лезгины почитают их за злейших себе неприятелей: ибо Чеченцы так обуяли в злодействе, что никого не щадят и не помышляют о будущем. Не редко сами Старшины их подают им благоразумные советы, наклоняя к лучшей жизни, и более всего изъявляя желание пребывать в мире с Россией, но ветренники их, как они называют своих зачинщиков или разбойничих атаманов, на то не соглашаются.
Из всех Чеченских отделений собраться может до 15,000 вооруженных людей; из чего заключить должно, что население Чеченской области простирается до 20,000 дворов (*)”

В примечании к этому тексту С. Броневский пишет:
(*) В сем исчислении должна быть важная перемена после последних военных происшествий, решивших судьбу Чеченцев”.

стр. 181-183

К посту прикреплены две части книги С. Броневского.

Карта из книги С. Броневского “Новейшие географические и исторические известия о Кавказе, собранные и пополненные Семеном Броневским”, Часть Первая, Москва. 1823.

“Карта Кавказских земель с счастью Великой Армении, изданная Семеном Броневским, к описанию Кавказа. Составлена А. Максимовичем. С.-Петербург 1823”

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *